- Услуги
- Цена и срок
- О компании
- Контакты
- Способы оплаты
- Гарантии
- Отзывы
- Вакансии
- Блог
- Справочник
- Заказать консультацию
Следует, на наш взгляд, избегать упрощений в оценках, которые были свойственны первому перестроечному периоду, когда было принято подвергать острой критике обществоведческие науки за их приверженность к марксизму – ленинизму.
Безусловно, советская этнографическая наука развивалась в основном под флагом марксизма — учения, научно – эвристичефский характер которого в анализе механизмов капиталистического общества и особенностей классовой борьбы не отрицают и сегодня.
Основная проблема отечественной его интерпретации заключалась в том, что философия, идеология марксизма (к тому же в ленинской практической адаптации к российской действительности) признавалась единственно верной и все объясняющей. Все науки (и естественные, и гуманитарные) перестраивались в 20-х гг. XX в. на «марксистские рельсы».
Если в то время этот процесс проходил нередко в острых научных дискуссиях и принес много новых идей, то с начала 30-х гг. XX в. в рамках сталинского правления жестко (в том числе и с помощью репрессий) в развитии отечественной науки были обеспечены методологическое единство и марксистско – ленинская идеологическая направленность.Хотя и такую оценку можно считать определенным упрощением, так как научная логика и профессиональная честность многих ученых «прорывали» заданные жесткие рамки однозначности и методологического монизма.
Не говоря уже о том, что в мировую сокровищницу знаний о народах вошли результаты многих этнографических работ советских ученых, в частности полевых исследований, существенно расширивших наши представления о мировой культуре и ее истории.
Справедливости ради следует признать, что пресловутый «железный занавес», препятствовавший продуктивному взаимодействию и взаимообмену ученых, был «задернут» с обеих сторон.Более того, в период перестройки выяснилось, что, несмотря на многочисленные препятствия и идеологические «перекосы», знания наших ученых о мировых научных достижениях часто оказываются значительно шире, чем знакомство с российской наукой их зарубежных коллег.